Коронавирус отступил, и Русский драматический театр сразу представил свою премьеру – долгожданную, отодвинутую, страдальчески росшую в онлайн репетициях. Это

«Алексей Каренин» по пьесе Василия Сигарева в постановке режиссёра Константина Солдатова и художника Арины Слободяник.

Получился спектакль, который хочется обсуждать, обдумывать после просмотра и который не отпускает после «опущенного занавеса». Я люблю наш ижевский театр за это: он не боится ступать на территорию неизведанного и вести за собой зрителя. Аплодирую если не всем его попыткам, то поискам и смелости. И благодарна, что не чувствую себя провинциальным зрителем, обречённым лишь на обкатанную классику и лёгкие комедии. Итак, «Каренин»…

Муки подозрений

Лев Толстой рассказал историю любви страстной женщины, увы, не к мужу. Василий Сигарев посмотрел на эту историю глазами мужа. В первом случае мы наблюдаем за счастьем и болью любви, во втором – за муками и болью ревности.

– Я устал от вас, русских! – кричит один из героев, европейский чудо-лекарь. – В Европе люди просто ходят лечиться, а вы все несчастны!

Несчастьем Каренина – такого благополучного, успешного в карьере, обласканного светом – стала ревность. Ревность вообще тяжёлая штука – это античувство, потому что убивает все чувства и в ревнующем, и в ревнуемом. Оно затяжное, унылое, бесплодное и обычно… скучное.

Ревность-страсть Отелло, скорее, исключение: добропорядочные граждане предпочтут подозрения разной степени громкости и приличия, а также терзаться и терзать. Об этом всё 1 действие в «Каренине». Длинновато, и всё о том же. Но что вы хотите – ревность…

Человек и власть

Интерес постановщиков к этой теме сразу зацепил уже на пресс-конференции перед премьерой. Как влияет власть на личную жизнь? Она же делает любого, кто её ценит, своим рабом, предлагая свой кодекс и правила жизни. Любимые люди в этой иерархии ценностей должны иметь и знать своё место. И Каренин жену вниманием обходил, предпочитая «нужные места». Да и чувство собственной значимости, которое власть взращивает до уродства, делает слепым к реакциям близким и становится бронёй.

Алексей Александрович – тоже человек из власти, известный и могущественный. Поэтому на сцене – коридоры власти, поэтому так много её атрибутики в мизансценах. Всё это очень интересно наблюдать. Алексея Александровича непрерывно сопровождают и обслуживают – он «нужен России». И вот ОН – рогоносец. Возможно, конечно, всё, но при обязательном соблюдении внешних приличий. Анна нарушает их – она слишком молода и пылка, чтобы нести на себе бремя ответственности жены человека из власти. Алексей Александрович потрясён: броня оказывается коростой и, содранная, страшно кровоточит.

Но, наверное, только потому, что Каренина играет Юрий Малашин. Твёрдокаменные величавость и самомнение высокого чина ему чужды. Мудрость не даёт актёру признать власть высшей ценностью, и от режиссёрского замысла – вольно или невольно – он отходит. Кажется, что он играет

трагедию возраста

Молодость Анны прекрасна – мы вместе с постановщиками много и неустанно любуемся ею. Молодость пленительна своей свежестью и смелостью. Когда входит статный и цветущий Вронский, понятны все чувства Анны. Что такое в сравнении с этим высокое положение мужа, его доходы и возможности для женщины не расчётливой, а страстной? Она оправдана.

Каренин умён: измена жены страшна для него осознанием своей не-молодости. А тут ещё врач со своими расспросами о мужском здоровье… Казалось бы, Каренина могли спасти многолетняя дружба, преданность и… любовь его помощницы княгини Лидии Ивановны. Но если вы не молоды, не изящны и в кондовом костюме чиновницы – отойдите, женщина! Мужскому сердцу лучше страдать по молодой красавице, нежели искать утешение в любви увядшей коллеги.

И всё-таки «Каренин» в ижевской постановке – это больше, чем наблюдения за властью или возрастом. Он – о великом открытии в себе чувства прощения и милостивой любви. Несмотря ни на что, вопреки всему… Этот мощный аккорд актёрской игры Малашина (а вовсе не поезд) заканчивает спектакль.

Сразу после прогона продвинутые зрители заспорили: это сугубо фестивальный спектакль (много изысков от постановщиков, в том числе по цвету и звуку) или зрительский (смеюсь, плачу, всё понимаю и принимаю)? Наверное, он компромиссный и найдёт разных поклонников. «Коронавирусный» вариант требует ещё шлифовки, но талант, вложенный в него, виден сразу. А всё талантливое притягательно.

А был ли мальчик?

Мальчик был, и о нём нельзя забыть. Вы заметили: рассказывая о своём восприятии спектакля, я не называла актёров, кроме Ю. Малашина? Я упустила замечательных Екатерину Саитову (Анна Каренина), Ольгу Слободчикову (княгиня Лидия Ивановна), прекрасную массовку лишь потому, что сейчас мне важны размышления, вызванные их общей работой.

Но про ребёнка я, конечно, скажу. В пьесе Василия Сигарева равным героем стал сын Карениных – Серёжа (эту пьесу даже ставили под таким названием). Русский драматический нашёл для спектакля первоклассника лицея № 41, где в расписании есть уроки театра. Никита Пенкин стал точным попаданием в образ. Даже не верится, что этот мальчик растёт отнюдь не в актёрской семье. Серёжа на сцене таков, что без него спектакль во многом потеряет в обаянии и, конечно, в напряжении «семейных сцен» (как заявлен жанр спектакля). Ради этого Серёжи-Никиты на «Каренина» хорошо бы увидеть спектакль вдумчивым родителям, потому что никакая семейная история без детей не обходится (хотя обычно им слова не дают).

Зрители влюбились в Серёжу, а Никита Пенкин – в театр. Он даже заплакал, когда закончились репетиции: так важно ему быть в этом театральном пространстве и процессе. Мальчик прав: театр даёт нечто такое, что усиливает очарование самой нашей жизни. Её горести он переплавляет в ценности просветлённых чувств и мыслей.

Сходите на «Каренина» в сентябре!

Автор: Юлия Ардашева

https://vk.com/@52330940-prepariruya-revnost?fbclid=IwAR32WaYQuy-pLQr4BZ7pFQ883KavH6DQvPFYUkyXWJSV2ULt5IELNCyGPts">Страница Юлии Ардашевой VK